Клубы Турниры Тренеры Специалисты Организаторы Фотогалерея Контакты Главная  енн сные к  бы    н  ы Иг ок   ене ы   ец    сты О г н   то ы Фотог  е ея    г  вн ю Конт кты  енн сные к  бы    н  ы Иг ок   ене ы   ец    сты О г н   то ы Фотог  е ея    г  вн ю Конт кты Теннисные клубы Турниры Игроки Тренеры Специалисты Организаторы Фотогалерея Форум Контакты На главную Теннисные клубы Турниры Игроки Тренеры Специалисты Организаторы Фотогалерея Контакты Форум На главную
 
В августе 1962…
Нугзар МДЗИНАРИШВИЛИ*

В августе 1962…

«Все будет так, как должно быть, даже если будет наоборот». О.Уркас.

Моя мечта сыграть в Кубке Галеа сбылась с пятого раза. В 58-м (мне было 15 лет) я выиграл отборочный турнир в Лужниках. Но в тот год мой земляк Грант Мусаэлян, если оценивать объективно, был сильнее меня. Так он стал первым теннисистом из Грузии, кто поехал на этот престижный чемпионат, хотя бы и в роли запасного игрока.

В 59-м по результатам я также попадал в команду. Готовился на сборах к участию в Кубке. Но раздался звонок из министерства Просвещения Грузии. Тренерам сборной Союза заявили, что Нугзар Мдзинаришвили будет более полезен грузинской команде на Спартакиаде школьников СССР, чем ехать запасным со сборной Страны. И снова поехал Грант Мусаэлян.

Окончив школу, я решил поступать в тбилисский Университет. В Москве мне поставили условие: либо через неделю я прилетаю для оформления документов на поездку для участия в Кубке Галеа, либо остаюсь дома. За два дня, в кабинете проректора тбилисского Университета, в присутствии комиссии и самого проректора, сдаю вступительные экзамены. Уже собрался лететь в Москву, но вдруг получаю депешу, что я… опоздал с оформлением документов для заграничной поездки. Старший тренер сборной Союза Сергей Сергеевич Андреев просто не ожидал от меня такой «прыти». Вместо меня на этот раз взяли Анатолия Чугунова.

В 1961 году я был дисквалифицирован, на мой взгляд, необоснованно. Тогда повезло Янису Плиенсу из Латвии. Легко представить, насколько я мог бы быть психологически готов к такому чемпионату, если бы все эти годы принимал участие в розыгрыше Кубка Галеа.

В 1962-м моё участие в «заколдованном» Кубке Галеа стало неизбежным. Я был включен в основной состав. Последние тренировки все ребята проводили в приподнятом настроении, что означало – к бою готовы. Ведь в первом же матче нашей команде предстояло скрестить ракетки с испанцами – прошлогодними финалистами Кубка. Тогда, настраиваясь на «испанскую волну», у нас было одно стремление – оказаться достойными соперниками и победить.

Утром наш автобус тронулся в путь к аэродрому Шереметьево – сегодня мы вылетаем в Австрию, с остановкой в Праге. В Праге, несмотря на проливной дождь, среди встречающих было приятно видеть старших друзей по Сборной, принимавших участие в Открытом первенстве Чехословакии. Мы не преминули ответить «долгом вежливости», и вечером пришли на теннисный стадион «Штваницы», чтобы поболеть за Анну Дмитриеву и Томаса Лейуса, которые стали чемпионами в смешанном разряде. Нам также удалось посмотреть и мужской финал между поляком Сконецки и моим знакомым чехом Яворски. Затем сами, параллельно с юными чехами, немного потренировались.

Успехи наших старших товарищей в Праге, их теплые напутственные слова («держитесь до последнего мяча», «играйте не на жизнь, а на смерть») очень нас воодушевили.

На следующий день мы были в Вене. Нас встречали представитель советского посольства, Президент венского теннисного клуба и сотрудники общества австрийско-советской дружбы. Нам показали изумительный город. До сих пор перед глазами дворец Шенбрунн, Бельведер Савойского с садом, сравнимым по красоте разве что с Версалем и Шенонсо. И, конечно же, мы прогулялись по парку аттракционов «Пратер».

До отхода поезда в Кицбюэль нам удалось потренироваться в теннисном клубе, который находился недалеко от парка аттракционов «Пратер». На нашей тренировке собралось много зрителей. Тут же была и «пишущая братия». Чуть отдохнув на траве после тренировки, мы отправились на вокзал.

В Кицбюэль мы ехали в пустом вагоне, на Северо-Запад страны. В руках у всех были вечерние венские газеты с нашими фото и краткой информацией.

На следующее утро, когда я глянул в окно поезда, от недоумения переглянулся с Аликом Метревели. В наших глазах можно было прочитать одну и ту же мысль: «Неужели мы – в Грузии, едем по Бакурианской дороге?». На самом деле перед нашими глазами проплывали знаменитые тирольские Альпы, красотой которых мы восхищались ещё не раз, находясь в Австрии.

Неожиданно в вагон вошел горбун. Наша переводчица, улыбнувшись, сказала нам, что это хорошая примета, и мы обязательно выиграем 1-е место.

Вот и долгожданный Кицбюэль. Отель-пансионат «Эрика», в котором мы остановились, был расположен в тихом солнечном месте, окруженный лесом и парком. Сам город-курорт небольшой, но на узких улочках было довольно оживленно в течение всего дня. На каждом шагу нам встречались туристы. Особенно много их собиралось в магазинчике «Тони Зайлер», чтобы приобрести сувениры. Ведь Зайлер, чемпион Мира и Олимпийских игр по горнолыжному спорту, был уроженцем Кицбюэля и его гордостью. Сейчас в этом городе ежегодно проходит крупный мужской теннисный турнир серии ATP. Но тогда мы были «первопроходцами».

Настал день открытия розыгрыша Кубка Галеа. Соревнование, которое учредила ярая поклонница тенниса, француженка мадам Эдмонд де Галеа в возрасте восьмидесяти лет. Согласно ее желанию, в розыгрыше Кубке, сделанного в виде серебряного глобуса, имели право участвовать юные теннисисты, не достигшие 21-го года. Этот «маленький» Кубок Дэвиса, если его можно так назвать, являлся последним испытанием для юниоров, прежде чем они окончательно были вовлечены в сборные команды своих стран, участвующих в Кубке Дэвиса. С этого Кубка на мировую арену вышли такие выдающиеся игроки своего времени, как итальянец Николо Пьетранжели, испанцы Мануэль Сантана и Андрес Химено, немец Вильгельм Бунгерт, чех Ян Кодеш, советские теннисисты Александр Метревели и Теймураз Какулия, чех Иван Лендл, французы Жан-Клод Барклай, Яник Ноа, Анри Леконт и многие другие.

С утра все были молчаливые, словно белены объелись. Каждый старался отвлечься, как мог. Наши запасные Янис Юшка и Алик Иванов взялись за учебники (какое хладнокровие!), а Метревели и я слушали музыку, глядя на Альпы.

После парада первыми на корт вышли испанец № 1 Дж. М. Джисберт и Алик Метревели. В предыдущем году Джисберт победил в обеих одиночных встречах с французами в финале Кубка Галеа (кстати, в 1968 году Джисберт будет играть финал в одиночном разряде на Australian Open).

Специалисты отдавали предпочтение опыту и мастерству испанца, но мы в душе были не согласны. Успех Алика в юношеском Уимблдоне давал нам надежду. В этот день Метревели играл очень хорошо. Сильная подача и отличная игра у сетки принесла заслуженную победу, а команде первое очко.

Со вторым испанцем Пэдре Лёве встречался я. В первой партии дало знать о себе волнение. Несмотря на то, что я вел 4:2 по геймам, сет остался за Лёве – 6/4. К счастью, скованность прошла, я заиграл в полную силу и без ошибок, беспрерывно атакуя противника. Я выиграл во втором и третьем сетах с сухим счетом – 6/0; 6/0.

Для общей победы не хватало одного очка, и мы добыли его в парной игре. Александр Метревели и я победили Джисберта и Эспрогеса со счетом – 1/6; 6/4; 6/2; 3/6; 6/2.

В состязаниях на Кубок Галеа была традиция – после окончания встречи тренер команды, потерпевшей поражение, поздравляет победителя. В первый день матча СССР – Испания маркизу Кабанерису пришлось трижды пожимать руку нашему тренеру С.С. Андрееву. Вне зависимости от результатов второго дня наша команда вышла в финал зонального первенства Кубка Галеа.

Вечером, когда мы отдыхали, удалось поймать в транзисторе далекий голос Москвы. Трудно передать словами те минуты радости и гордости, когда диктор передал в эфир о нашей победе, ещё недавно казавшейся невозможной.

В финале (зоны) нашими противниками были теннисисты Австрии. Александр Метревели снова приносит первое очко команде, разгромив второго номера Крайцхубера.

Во встрече со знакомым мне по юношескому Уимблдону Эрнстом Бланке я снова не смог подобрать ключи к его игре, и реванша не получилось. Хотя и проиграл ему в решающей партии. Счет в матче стал 1:1.

Тренер С.С.Андреев на парную встречу выставил тот же состав, что и с испанцами. Встреча проходила с нашим преимуществом: 6/2; 6/4; 5:0 и 40:0, в нашу пользу. Но на матчболе мы хотели завершить игру одним ударом, так как надвигалась гроза. За эту поспешность мы тут же были наказаны. Третий сет остался за австрийцами – 7/5, в пользу Бланке – Крайцхубер.

На следующее утро мы легко дожали противников, взяв четвёртый сет 6/3. А затем Алик и я развили и закрепили успех. Метревели легко, к моему удивлению, победил Бланке и принёс решающее очко.
Первое место за нами! «Билеты» во французский город Виши на финальную часть Кубка были обеспечены. Я же в этом зональном финале принес команде четвёртое очко, победив Крайцхубера.

Теперь можно было и отдохнуть. Организаторы устроили нам экскурсию по канатной подвесной дороге на вершину горы «Кицбюэльский рог». Оттуда мы любовались открывшейся панорамой – далеко под нами лежал Кицбюэль, а вокруг были разбросаны мелкие курорты. Вечером, у Черного озера, в трактире был заключительный банкет. Мы наслаждались горловыми и грудными руладами пения «йодль», участвовали в баварском танце: по местному обычаю, нас пригласили тирольские девушки (это белый танец, но коллективный). Надо было кружиться, временами поднимая девушку и меняясь с соседом следующей девушкой.

Впрочем, пора было прощаться с гостеприимной Австрией. Наш путь лежал опять через Вену, город с большим музыкальным прошлым. Из окон автобуса любовались огнями города. Через несколько дней ТУ-104 уносил нашу команду во Францию. На высоте 10 000 метров разгорелась «схватка» между Андреевым и Метревели в шашки. Каждый из членов команды был полон желания выступить в Виши не менее успешно, чем в Кицбюэле.

Под крыльями самолета показался Париж, и все мы насторожились. Сколько восхищенных слов мы слышали и читали о самом красивом городе мира, где почти от каждого дома веет историей.

На французскую землю ступали с трепетом, на минуту позабыв о цели нашей поездки. Прогуливаясь по Елисейским полям, казалось, что вокруг всё знакомо, много раз виденное.

Подустав от прогулки, дойдя до парка Тюильри, увидели свободный стул у фонтана. И побежали наперегонки. Я прибежал к стулу первым. Только сел, как чувствую, что кто-то похлопывает меня по плечу. Ребята, слышу, смеются. Оборачиваюсь, а мне какой-то мужчина вручает чек на 15 су (французские «копейки»). Оказалось, что стул в парке Тюильри – платный.

Устроились в гостинице недалеко от Монмартра. В нашем с Метревели номере надо было опустить мелочь, чтобы на какое-то время зажегся свет и пошла вода.

Вечером того же дня вся команда пошла гулять на Пляс Пигаль. На соседней улице (бульвар Клиши), на тротуаре, стояла толпа мужчин. Попеременно кто-то переходил улицу, чтобы переговорить с женщинами. Наша переводчица стала тянуть нас назад в гостиницу, но руководитель делегации и генсек Федерации тенниса СССР Виктор Владимирович Коллегорский ей заметил: «Мальчики, может быть, в Париже в первый и последний раз, должны же они увидеть язвы капитализма…». Переводчица, кажется, обиделась и ушла, а мы остались.

На следующий день мы поднялись на Эйфелеву башню, зашли в Собор Парижской богоматери, в Лувр. Незаметно наступили сумерки.

…Лионский вокзал в Париже. Впереди нас ждал Виши, но поезд останавливался лишь в Клермон-Ферране. Оттуда до Виши, в кромешной тьме, наш автомобиль мчался со скоростью 180 км. в час. Уставшие от длительного переезда и парижских впечатлений, мы заснули богатырским сном.

Несколько слов о городе. Еще древним римлянам Виши был известен своими лечебными источниками. В 1400 году Людовик II граф Бурбон сделал своей столицей Виши. Генрих IV в 1606 году основал первые лечебницы. А город, парки, дороги, 1600-метровую набережную и пруд для водных игр благоустроил Наполеон III. Виши называют королевой лечебных источников, там их 12. Но город можно назвать и спортивным курортом. Чтобы дойти из гостиницы «Россия», где мы остановились, до теннисных кортов надо было перейти мост и парк. На теннисном стадионе было 16 кортов, один из них центральный, на котором нам предстояло играть. Также имелся бассейн и модный павильон.

В полуфинале мы встречались с командой Бельгии, которой годом раньше советская команда, возглавляемая Томасом Лейусом, проиграла. Советская команда обновилась почти целиком, а бельгийская не претерпела никаких изменений. К тому же её лидеры являлись одновременно и членами национальной команды Кубка Дэвиса.

Накануне наша команда прогуливалась по городу, когда мы услышали, что скончалась голливудская кинозвезда Мерлин Монро. И тут же перед нами прошла похоронная процессия. Наша суеверная переводчица заявила, что мы выиграем у бельгийцев. И мы не только выиграли, но и разгромили сборную Бельгии с общим счетом 4:1.

Особенно нужно отметить победу Александра Метревели над Эриком Дроссаром. Второе очко принес команде я, обыграв Клода дэ Гронкеля – 10/8; 3/6; 6/3. Единственное очко мы потеряли в парной игре, где Алик и я в пятой партии проиграли де Гронкелю и Дроссару – 2/6; 6/1; 6/8; 6/4; 8/10. Игра была захватывающей, и её судьбу, как это часто бывает в теннисе, решили пару очков. На следующий день Алик принес победное третье очко, победив дэ Гронкеля. Газета «Юманите» писала, что август этого года войдет в историю тенниса, как месяц двух событий: победы Мексики над США в Кубке Дэвиса и разгромные победы команды СССР над испанцами, австрийцами и бельгийцами в Кубке Галеа. И добавила: «К тому же мы можем вас заверить, что ни Метревели, ни Мзинаришвили не являются «исключительным продуктом», хотя Метревели имеет великий дар теннисиста и Мзинаришвили является «суровым игроком». Моя фамилия в этой публикации была написана с ошибкой.

В свою очередь Президент федерации тенниса Франции мсье Делорт накануне финала заявил для прессы следующее: «Мы были уверены в победе над итальянцами (это был второй полуфинал, – прим. автора), но во встрече с СССР это будет не так. Команда СССР была для нас не знакома, но теперь занавес приподнялся, и мы обнаружили двух великолепных игроков – Метревели и Мдзинаришвили. Я полагаю, что игра будет равной и счет 3:2, но в чью пользу не знаю; хорошо было бы, если выиграют французы».

Перед финалом нас пригласили в мэрию города и вручили знаки почетных граждан Виши. В этот свободный от игр день наши соперники Конте и Дюксен предложили Метревели и мне покататься на лодках по реке. Мы согласились, но вскоре поняли, что если будем грести, то сотрём руки. Так что французам пришлось работать вёслами довольно долго.

Прогуливаясь с Метревели по вечернему Виши мимо казино, встретили капитана французской команды. Он предложил нам, в виде исключения, (войти в казино можно было только с 21 года, а нам было по 18-19 лет) зайти внутрь и посмотреть зал.

Наступил финал. Трибуны были забиты до отказа и аплодировали болельщики лишь на красиво выигранные очки. Более объективных зрителей на теннисе я больше нигде не встречал. Среди зрителей оказались и несколько выходцев из Союза. Организаторы приставили к нашей команде волонтера-переводчика, выходца из Одессы, хотя наш руководитель В.В.Коллегорский очень прилично владел французским языком.

Первым на корт вышли Жан-Клод Барклай и я. Я впервые столкнулся с таким необычным для тех лет игроком. Его тёмные очки не давали мне возможности угадывать по его глазам направление ударов. А двурукая игра слева Жана-Клода, всё время по восходящему мячу, была по силе наравне с ударом справа. Мои атаки не проходили, соперник здорово меня обводил. Барклай играл исключительно цепко и в таком бешеном темпе, который я не испытывал даже на траве в игре с Родом Лейвером. На протяжении всего матча меня не оставляло чувство, словно я играю со стенкой. Так и не найдя противоядия, я проиграл, и первое очко за французами.

После игры мне сказали, что мой соперник готовился к Кубку у знаменитого профессионала Тони Траберта. А в прессе, через пару месяцев, тренерское руководство упрекнула меня в поражении, что играть с Барклаем, на самом деле, было просто. Надо было только укорачивать или кидать полусвечки (кстати, на следующий год Барклай в паре с Дармоном станет финалистом Уимблдона; и трижды с Дюрр будет победителем Ролан Гаррос в миксте). Да, мы, советские теннисисты, и конкретно я, ещё не владели искусством исполнения кручёных свечек, укороченных ударов и «рваной» игры, которые были бы эффективны в игре с Барклаем. Но теннис тем и хорош, что удары можно совершенствовать всю жизнь (Мария Шарапова, к примеру, лишь после одиннадцати лет триумфальной профессиональной карьеры, начала изучать «Drop-shot»).

Вышедший после меня Алик Метревели встречался с 4-й ракеткой Франции Франсуа Жоффре и вновь блеснул хорошей игрой. Беспрерывные атаки Алика обескуражили Жоффре, и до конца игры француз так и не смог «воспрянуть духом». Равновесие в счете восстановилось – 1:1.

Второй день. Метревели и я с большим подъёмом провели парную встречу против Франсуа Жоффре и Кристиана Дюксена. Мы победили со счётом 6/8; 6/3; 6/4; 7/5. Французская спортивная газета была в недоумении: «Жоффре–Дюксен побеждены в 4 сета! СССР ведёт игру 2-1, и Франция видит, как тают её шансы удержать Кубок Галеа. ...Франсуа Жоффре и Кристиан Дюксен вели 4:1 в третьем сете. Они проиграли. Они вели 3:0 в четвёртом сете. Они проиграли ещё раз и непрерывно теряли важные очки. Парная игра матча Франция-СССР, финал Кубка Галеа оставляет привкус горечи и сожаления после многих упущенных возможностей...».

Эта победа в паре стоила нам многих сил, нервов и энергии. Наш парный успех и победа Александра Метревели в одиночном разряде, тем не менее, были восприняты во Франции как сенсация. Газета «Лярор» рассматривала наши шансы на победу, как 60 процентов из 100. Другая газета озаглавила статью: «Русские делают революцию в Кубке Галеа 1962 года». И дальше журналист писал: «Я побывал в 1952 году в СССР на финальном матче по теннису среди мужчин и меня удивил их солидный возраст (Сергей Андреев и Евгений Корбут, – прим. автора). Когда я обратился к одному советскому мастеру, он мне сказал, что пока достойной смены нет. Но через десять лет у нас будет 5 000 теннисистов, а в 1972 году – миллион. И я не сомневаюсь потому, что русские способны на великие дела. Я верю, что советский теннис будет иметь своих Брумелей, Капитоновых и Власовых».

До серебряного Кубка оставался один шаг. Накануне решающего дня было душно. Возле гостиницы «Россия» стеклодувы творили чудеса, и это нас отвлекало. Потом мы сидели в креслах, и тут мимо нас прошла горбатая женщина. Переводчица аж ахнула и произнесла: «Ребята, вы очень хорошо играли, но вы видели только что горбунью. А это значит, что завтра вас обоих, увы, ждёт неудача». Нам, конечно же, хотелось опровергнуть примету.

А на утро погоду, словно подменили. Сильная жара сменилась дождём, именно на моей встрече с Ф.Жоффре. Игра прерывалась четыре раза. Корт стал мягким, и задавить француза так, как это сделал Метревели, было невозможно. В первом сете дважды останавливали нашу встречу, именно тогда, когда я был впереди. Для меня хуже не было – остыть и потерять инициативу. Ибо, кроме техники, я вкладывал в игру всю душу. Остывавший «дух» вынуждал меня пытаться обыграть соперника за счёт техники, мастерства, «физики» и правильной тактики игры на мокром корте. Но в этих компонентах удачливее оказался хладнокровный и аккуратный Франсуа Жоффре. Француз выиграл со счётом 8/6; 6/1; 0/6 6/1. Командный счет сравнялся 2:2.

Судьба Кубка Галеа 1962-го года решалась во встрече Александра Метревели и Жана-Клода Барклая. Но в этот день, как назло, у Алика опять заболела нога, которую он повредил перед Уимблдоном. Метревели вышел на корт ещё и с болью в спине – потянул в парной встрече. «Перестрелка» с задней линии не принесла Алику успеха. Первые два сета за французом (6/4; 6/2). В третьем сете (при счете 6:6 по геймам) из-за темноты встречу перенесли на понедельник.

Грустно было на следующий день играть при пустых трибунах и с травмой у Алика Метревели. Больная спина не позволяла ему атаковать из-за опасности резких движений. Барклай взял два гейма и принес Франции общую победу – 3:2…

«Второе место команды СССР следует расценивать как успех», – скажет по телефону грузинской газете «Заря Востока» руководитель нашей спортивной делегации В.В.Коллегорский.

На заключительном банкете наша делегация получила извинения от организаторов Кубка Галеа, что торжество проходило в доме, где во время войны находился штаб коллаборационистского правительства маршала Петена, который поддерживал Гитлера…

К победе в Кубке Галеа я был близок и в следующем, 1963-м году. Но это, как говорится, уже совсем другая история…



______________
*Нугзар Мдзинаришвили (1943 г.р.) – мастер спорта СССР (1961) и Почётный мастер спорта СССР (1966). Победитель Спартакиады школьников СССР в одиночном и смешанном разряде (с Нелли Новосельцевой) – 1959 г. (Москва). Победитель Первенства графства Кент (Бекнем, Англия) – 1961 год. Победитель Международного юношеского турнира в Ленинграде (1961) в одиночном и смешанном разряде (с Галиной Бакшеевой). Участник 1/8 финала турнира в Queen's Club (уступил Роду Лейверу). Финалист взрослого Зимнего первенства СССР (Северодонецк) – 1962 год. Призёр Московского международного зимнего турнира (1965). Абсолютный чемпион Грузии (1964). Победитель Зимнего первенства Ленинграда (1970).

С 1954 года по 1971-й Нугзар Мдзинаришвили был победителем, финалистом или призёром 164-х турниров из 215-ти, 20-ти турниров среди ветеранов. Участник двух Уимблдонов. Член сборной команды Советского Союза с 1958-го по 1967-й год.

Нугзар Мдзинаришвили – выпускник филфака Ленинградского государственного университета. С 1971-го по 1978-й работал тренером по теннису детско-юношеской спортивной школы Дворца пионеров в Ленинграде.

В настоящее время живет в г. Рига (Латвия).




Комментарии (3)

1. Gala Akimova. 28-03-2015
Нугзар, от публикации к публикации всё интереснее читать ваши воспоминания...

2. Александр Иванов, мсмк. 28-03-2015
Нугзару действительно есть что рассказать. Он действительно был мастером международного уровня.

3. Иван Сыров, мастер спорта России (о.Маврикий). 31-03-2015
Огромное спасибо автору этих строк. Читается на одном дыхании. Столь подробные описания переносят прямо в место действия.




P.S. НАПОМИНАЕМ!!! Комментировать наши публикации теперь можно через «Контакты». Ваш комментарий (заполните соответствующую форму) будет размещён под публикацией в «ручном» режиме. Гарантируем, что комментарий не будет подвержен никакой редакции.

Если Вы укажете свой «Nickname» (псевдоним), то, разумеется, комментарий будет опубликован под Вашим псевдонимом. Тайна псевдонима, как известно, охраняется Законом РФ о СМИ (Статья 49) и обязывает нас «сохранять конфиденциальность информации и (или) её источника».

Но в любом случаю помните о существовании Закона РФ «О защите чести, достоинства и деловой репутации». Иными словами, в комментариях, посланных нам, должны быть исключены клевета, оскорбления, угрозы, сплетни, слухи и т.д. и т.п...








Аттилио Рубино в гостях СК "Разлив".  17-07-2017 07:46.
Аттилио Рубино в гостях СК "Разлив" В начале мая 2017 года, был подписан договор, о дружбе и сотрудничестве между городами Сестрорецк (Россия) и Гаэта (Италия). В рамках реализации данно ...  далее >>>
В начале мая состоялся первый выезд Tennis Days в академию Хуана Карлоса Ферреро.  18-05-2017 07:23.
Кристина Тертышникова, Руководитель программы Tennis Days В начале мая состоялся первый выезд Tennis ...  далее >>>
О Международной конференции в Турции и не только.  29-04-2017 06:21.
Артём КИРИЛЛОВ О Международной конференции в Турции и не только C 6-го по 9-е апреля этого года в городе Ан ...  далее >>>
 Будем признательны за все замечания и предложения по работе сайта.
 Разместим рекламу на льготных и взаимно интересных условиях.
 Использование текстов и фотографий сайта tennis-piter.ru только с письменного разрешения
 Адрес для контактов: shorikoff@list.ru
[AD]
© Copyright Рушан Насибулин, Вячеслав Шориков 
Идея и дизайн - Вячеслав Шориков 
Программирование - Андрей Лобанов 
Все права защищены