Клубы Турниры Тренеры Специалисты Организаторы Фотогалерея Контакты Главная  енн сные к  бы    н  ы Иг ок   ене ы   ец    сты О г н   то ы Фотог  е ея    г  вн ю Конт кты  енн сные к  бы    н  ы Иг ок   ене ы   ец    сты О г н   то ы Фотог  е ея    г  вн ю Конт кты Теннисные клубы Турниры Игроки Тренеры Специалисты Организаторы Фотогалерея Форум Контакты На главную Теннисные клубы Турниры Игроки Тренеры Специалисты Организаторы Фотогалерея Контакты Форум На главную
 
Ещё один русский в Уимблдоне
*Нугзар Мдзинаришвили

Ещё один русский в Уимблдоне...

Несколько лет назад Шамиль Анвярович Тарпищев, находясь в Юрмале, предложил слетать с ним на 70-тилетний юбилей Томаса Лейуса. Эстонец был первым советским победителем юниорского Уимблдона и 1-ой ракеткой Советского Союза почти до конца 60-х годов.

В самолете, вспоминая успехи Томаса в Англии, Шамиль Анвярович неожиданно для себя узнал, что первым, кто из советских теннисистов играл против Рода Лейвера, был я, Нугзар Мдзинаришвили. И что мне дважды довелось выступать на Уимблдоне, сперва среди юниоров (1961), а затем и во взрослом турнире (1962). В его же книге «Русские в Уимблдоне» обо мне, естественно, ни слова. Шамиль Анвярович Тарпищев признал, что в истории советского тенниса этот период с моим участием в турнирах в Англии упущен по не знанию.

После исторической встречи с Родом Лейвером в «Queens Club» до моей «премьеры» в Уимблдоне в 1961 году произошло несколько событий, и некоторые из этих событий повлияли на исход моей игры. Известно, какой теннисист не будет искать причины своего поражения? Победив меня, Род Лейвер не вышел на следующую одиночную встречу. И это меня расстроило.

А через несколько часов на центральной площадке «Queens Club» разразилась «битва» между 2-ой ракеткой Мира Нэнси Ричи и Кларком Гребнером (США) против Галины Бакшеевой и меня. До сих пор никто из теннисистов не верит тому, что произошло в концовке встречи. В решающей партии мы имели матчбол на подаче Гребнера при счете 6:5. Я принял подачу Кларка, ударив резко и плоско в стоящую у сетки Нанси Ричи. Она вскрикнула от попадания мяча в корпус. Мы с Галей подошли для рукопожатия к сетке. Однако судья на вышке выигранную нами встречу за выход в четвертьфинал отменил. Счёл мой удар справа в сторону Ричи как не «джентльменский». После долгих споров (с помощью переводчицы) нас заставили продолжить игру, в которой мы потерпели поражение со счетом 10:12 по геймам в решающей партии…

Утром того дня, до микста, нас ожидали организаторы Уимблдонского турнира. Мы отправились на метро до станции Southfields.

Уимблдон, как и Париж, воображался в моих мечтах как чудо природы. Где всё веет историей и именами. Поэтому, выйдя из метро и не увидев сразу теннисного стадиона, долго добираясь пешком до входа, чуть приуныл. Обвитый плющом Центральный корт меня не поразил. Организаторы в качестве сувенира предложили нам на выбор золотую ручку «Паркер» либо памятный Кубок по случаю 75-го Чемпионата. Я выбрал Кубок.

В Уимблдоне мы познакомились с раздевалками, где были почтовые ящики. Там меня ждало письмо из дома и телеграмма от тренеров: «Mnogo uspehov kotorimi pozdravliaem raduemsia vsegda toboi Vermisheva Hangulian». Здесь же висел телевизор, который показывал игры на Центральном и Первом кортах. Также стояли две бочки с напитками – «оранж джус» и «лемон сквош» (в следующие две недели стояла сорокоградусная жара и напитки были спасением). Была отдельная комната для массажа.

Трава на кортах была «живая», еще не вытоптанная, низко подстриженная и переплетенная. Нам показали 2-й корт и сказали, что это печально известное «кладбище чемпионов».

Все две недели нас привозили на стадион и увозили в гостиницу на «Роллс-Ройсах».

На кортах Уимблдона в те годы для тренировки была выделена лишь одна площадка. На ней можно было поиграть 45 минут тем, кому предстояли встречи на Центральном и Первом корте. Поэтому там из «наших» играл лишь Томас Лейус (со спаррингом Сергеем Лихачевым).

Томасу Лейусу на этот раз (годом ранее он открывал турнир с Нилом Фрэзером) предстояло открыть юбилейный Уимблдон с Родом Лейвером.

Накануне турнира все участники собрались для активного отдыха в Херленгеме. Кто-то из мужчины пошёл на рыбалку, кто-то – играть в футбол. Для женщин был устроен конкурс на самое лучшее одеяние. Победила итальянка Периколли с норковым воротником на тенниске.

Ни рыбачить, ни играть в футбол я не хотел. Стоя на холме, я увидел, как внизу, перед домом, женщины играют на корте с пожилым мужчиной, который безошибочно посылал мячи по углам, демонстрируя безукоризненную классическую технику. Подойдя поближе, я узнал в игроке великого теннисиста 20-х начала 30-х годов француза Анри Коше…

На все двенадцать дней, вплоть до игры на Уимблдонском турнире, старший тренер нашей сборной Сергей Сергеевич Андреев запретил мне тренировать подачу ради покоя правого плеча. В отличие от других товарищей по команде я тренировался в Куинсе лишь на половине площадки и наносил удары только справа.

Перед поездкой в Англию тартусский экспериментальный лыжный завод «Динамо» по спецзаказу федерации изготовил для нас ракетки «Восток». Этой ракеткой я играл и в Бекнеме, и в «Queen's Club». Но в один прекрасный день появились представители «Шлезингер» и «Данлоп». Измерив мою ладонь, на следующий день принесли в подарок 12 ракеток. Так как мне понравилась ракетка «Данлоп», то по договору мне надо было весь Уимблдон играть именно этой ракеткой. Впоследствии до 1968 года из Англии в Союз привозили ежегодно по сорок ракеток для сборной с моими инициалами…

26 июня Фрэд Перри, пригласил нашу команду к себе на фирму «Fred Perry Sportswear». Там я со скидкой купил себе цветные майки и брату пуловер. Но впервые Фреда Перри я увидел в Бекнеме, когда он подозвал нас к своей машине и, открыв багажник, казалось, небрежно стал кидать направо и налево майки и кроссовки.

Во время Уимблдона Фред Перри познакомил меня с двумя знаменитостями. С комментатором Ярославом Дробны, чемпионом Уимблдона 1954 года. А в день моей игры, прогуливаясь вблизи корта №2 , Фрэд Перри подвёл меня к легендарному футболисту сэру Стэнли Метьюзу и, показывая на меня, сказал: «Этот русский будет играть с вашим сыном, и победитель встречи станет чемпионом Уимблдона среди юниоров.

Что значит зрительная память. Через некоторое время, прогуливаясь по аллее, увидел кумира моего детства, самого великого теннисиста Панчо Гонзалеса, сморённого солнцем. Он стоял, облокотившись на подоконник. В тот момент я страшно пожалел, что у меня не было с собой фотоаппарата. Это были приятные моменты.

Из раздевалки я, в ожидании своей встречи на 2-ом корте, периодически выходил на Первый корт, где сражались Мак-Кинли и Гардини. А у входа на корт №1 была табличка с надписью: «Если Вы хоть раз участвовали в Уимблдонском турнире, считайте, что ваше имя вписано в историю мирового тенниса».

Но ложку дёгтя к моим успехам в Англии подлил скандал с 2 фунтами стерлингов за победу в Бекнеме. Чек не обменивался банками ни в Бекнеме, ни в Лондоне. А эти два фунта мне надо было вернуть переводчице. Однажды, возвращаясь в гостиницу из Уимблдона, Галина Бакшеева и Сергей Лихачев завели разговор в машине. О том, что они уже израсходовали все деньги. Я с огорчением сказал о своей двухфунтовой «беде». Сидевший на заднем сидении и.о. Президента федерации тенниса СССР Дмитрий Алексеевич Государев, с которым мы жили в гостинице в одной комнате, тут же обозвал меня: «Ах ты, мальчишка, мелкий спекулянт, ты хотел присвоить эти деньги!». Тут я не выдержал и, схватив Государева за грудки, произнес: «Вы ответите за такие слова!..». Представьте моё состояние, когда через день мне играть в Уимблдоне, а я сплю в одной комнате с этим начальником…

А тут ещё одна напасть. Накануне меня с Лейусом отпустили в город. В условиях «железного занавеса» это было из рук вон выходящее явление. Чёрт меня дернул тогда послушаться Томаса. Магазины закрылись в семь вечера. А наша команда из Уимблдона возвращалась к 21.30. И тут Лейус позвал меня в кино. Увы, не знал я, что замечательный фильм Феллинни с Анитой Экберг и Марчелло Мастроянни «Сладкая жизнь» продлиться почти три часа. В 22.45 выскочив из кинотеатра, Томас и я помчались по Оксфорд стрит.

Ровно в 23.00 мы ворвались в номер, где по стенкам стояли все члены команды. Я бегло спросил Бакшееву: «Как ты сыграла?». Получив утвердительный ответ, я отправился в туалет. А Томас (в отличие от меня) успел извиниться…

На следующий день, 5-го июля, я играл с австрийцем Бланке за выход в четвертьфинал. Мой противник в конце года одержит победу в Австралии над Родом Лейвером. В нашей же встрече, надев в сорок градусов жары пуловер от Фреда Перри из орлона, решился сразу подавать сверху. Трава уже местами «лысая», особенно стоптанная на задней линии и у сетки, тем не менее, была быстрой. Из-за неровного отскока, играя новой ракеткой, я допускал много невынужденных ошибок. А тут ещё и судья подгонял меня играть. Когда я поворачивался к болл-боям, чтобы взять мячи и за это время передохнуть, судья тут же произносил: «Тайм!». Кстати, я вёл в первом сете 5:4, а во втором сете 6:5. Но в решающие моменты я сам допускал ошибки при игре слета. А проиграв, я подбросил ракетку и не поймал. Она треснула, ударившись об траву.

Мой первый Уимблдон, хоть и юношеский, был проигран. И у меня полились слезы. Несмотря на то, что Сергей Андреев напишет в «Советском Спорте»: «...Н.Мдзинаришвили сражался с Е.Бланке (Австрия). Победил отлично игравший Бланке – 8:6, 8:6», он в самолете обвинит меня в зазнайстве и скажет мне: « Ты не будешь на следующий год в сборной. Ты не сможешь доказать...»

Поражение так меня расстроило, что на следующий день консул советского посольства, чтобы отвлечь меня, повёз в парк водных развлечений. Но ничего не помогало. Также я проявил ненужное упрямство, стал спорить с Сергеем Андреевым, отказываясь ехать в торгпредство и играть в теннис с его работниками. Работников в посольстве не оказалось. Но сам факт спора с Сергеем Андреевым, и все, что сопутствовало моему поражению в Уимблдоне, отразилось на вынесении окончательного «приговора», уже в Москве.

Прощаясь в тот год с Уимблдоном, пользуясь бейджем «на час», отправился на трибуну спортсменов Центрального корта. Выходящие на корт игроки поворачивались в нашу сторону. Слева и пониже была Королевская ложа. Запомнил на всю жизнь книксен Кристин Трумен и Анджелы Мортимер и их драматический финал. И фантастический по напряженности пятый сет мужского финала парных соревнований. Нил Фрэзер и Рой Эмерсон победили в последний момент Боба Хьюитта и Фрэда Столле (все из Австралии) со счетом 8:6.

И, конечно же, буду вспоминать и гордиться, что был в числе двухсот участников Уимблдона на Королевском балу в «Grosvenor House» с 800-ми представителями великосветской знати. Мажордом тогда объявил, стуча жезлом по полу: «Раша», когда мы приблизились к королевской семье. Перед входом в огромный зал с круглыми столами на 10 человек нас встретил пожатием руки герцог Эдинбургский. За ним стояла 35-летняя королева Елизавета II. Наши девушки книксеном, а мы, мужчины, поклоном приветствовали Её Величество.

Сейчас, спустя десятки лет, мне стыдно, что на балу мужская часть нашей команды появилась в костюмах, наспех купленных перед отъездом на бал. Мы сидели за огромным круглым столом. В меню была в основном рыба, которую я не ел. Вся рыба досталась Сергею Лихачеву. Когда на балконе оркестр заиграл вальс, на танцевальную площадку вышли Елизавета II и герцог Эдинбургский. Их танец подхватили победители Уимблдона 1961 года Анджела Мортимер и Род Лейвер, а затем юниоры Галина Бакшеева и Кларк Гребнер…

______________
*Нугзар Мдзинаришвили (1943 г.р.) – мастер спорта СССР (1961) и Почётный мастер спорта СССР (1966). Победитель Спартакиады школьников СССР в одиночном и смешанном разряде (с Нелли Новосельцевой) – 1959 г. (Москва). Победитель Первенства графства Кент (Бекнем, Англия) – 1961 год. Победитель Международного юношеского турнира в Ленинграде (1961) в одиночном и смешанном разряде (с Галиной Бакшеевой). Участник 1/8 финала турнира в Queen's Club (уступил Роду Лейверу). Финалист взрослого Зимнего первенства СССР (Северодонецк) – 1962 год. Призёр Московского международного зимнего турнира (1965). Абсолютный чемпион Грузии (1964). Победитель Зимнего первенства Ленинграда (1970).

С 1954 года по 1971-й Нугзар Мдзинаришвили был победителем, финалистом или призёром 164-х турниров из 215-ти, 20-ти турниров среди ветеранов. Участник двух Уимблдонов. Член сборной команды Советского Союза с 1958-го по 1967-й год.

Нугзар Мдзинаришвили – выпускник филфака Ленинградского государственного университета. С 1971-го по 1978-й работал тренером по теннису детско-юношеской спортивной школы Дворца пионеров в Ленинграде.

В настоящее время живет в г. Рига (Латвия).




Комментарии (2)

1. Иван Сыров, мастер спорта России (о.Маврикий). 13-03-2015
Спасибо за необыкновенное путешествие в эпоху осевого тенниса. В любое время оказаться в кругу чемпионов, на исторических аренах, воочию наблюдать игру великих, тем более - участвовать в таких соревнования, являлось смыслом жизни людей, преданных теннису. Сейчас, на фоне возвращения ойкумены в Санкт-Петербург, подобные воспоминания особенно важны. Эти исторические очерки вполне могут стать планкой для молодых теннисистов и их наставников!

2. Сергей Василевский, мастер спорта СССР. 14-03-2015
К сожалению, мне не удалось играть против Нугзара. Но я видел его игру. Он вспоминается мне как игрок, проповедывавший умный теннис. При этом он обладал прекрасными физическими качествами, среди которых: поразительная ловкость, быстрота передвижения по корту, выносливость. Ходила байка (на сколько она соответствует действительности, может рассказать лишь сам Нугзар): в один из розыгрышей противник Нугзара, находясь у сетки, пробил мощный смэш. Мяч после отскока взлетел очень высоко и готов был удариться на приличной высоте в сетчатое ограждение корта. Но этому не суждено было случиться - Нугзар быстро отбежал назад, как кошка вскарабкался на сетчатое ограждение и умудрился отбить этот мяч в корт противника. О том, как сложился этот розыгрыш в дальнейшем, история умалчивает. Наблюдая за его теннисом, в это легко верилось. Я бы сравнил его стиль игры с Монфисом - такой же тягучий, пластичный. Узнавая больше о сильнейших теннисистах мужчинах 50-60-х гг., понимаешь, что их уровня, пока, за минувшие 50 лет, так и не достиг ни один питерский теннисист. Может, это удастся сделать Александру Василенко, Александру Бублику или Филиппу Климову? Время покажет...




P.S. НАПОМИНАЕМ!!! Комментировать наши публикации теперь можно через «Контакты». Ваш комментарий (заполните соответствующую форму) будет размещён под публикацией в «ручном» режиме. Гарантируем, что комментарий не будет подвержен никакой редакции.

Если Вы укажете свой «Nickname» (псевдоним), то, разумеется, комментарий будет опубликован под Вашим псевдонимом. Тайна псевдонима, как известно, охраняется Законом РФ о СМИ (Статья 49) и обязывает нас «сохранять конфиденциальность информации и (или) её источника».

Но в любом случаю помните о существовании Закона РФ «О защите чести, достоинства и деловой репутации». Иными словами, в комментариях, посланных нам, должны быть исключены клевета, оскорбления, угрозы, сплетни, слухи и т.д. и т.п...






"АХ, ЭТА МУЗЫКА ИГРЫ! АХ, ЭТИ РОСЧЕРКИ ПОДАЧИ!..".  12-10-2017 14:33.
Сергей ВАСИЛЕВСКИЙ "АХ, ЭТА МУЗЫКА ИГРЫ! АХ, ЭТИ РОСЧЕРКИ ПОДАЧИ!.." Не часто встречаешь удачные стихи о тен ...  далее >>>
Аттилио Рубино в гостях СК "Разлив".  17-07-2017 07:46.
Аттилио Рубино в гостях СК "Разлив" В начале мая 2017 года, был подписан договор, о дружбе и сотрудничестве между городами Сестрорецк (Россия) и Гаэта (Италия). В рамках реализации данно ...  далее >>>
В начале мая состоялся первый выезд Tennis Days в академию Хуана Карлоса Ферреро.  18-05-2017 07:23.
Кристина Тертышникова, Руководитель программы Tennis Days В начале мая состоялся первый выезд Tennis ...  далее >>>
 Будем признательны за все замечания и предложения по работе сайта.
 Разместим рекламу на льготных и взаимно интересных условиях.
 Использование текстов и фотографий сайта tennis-piter.ru только с письменного разрешения
 Адрес для контактов: shorikoff@list.ru
[AD]
© Copyright Рушан Насибулин, Вячеслав Шориков 
Идея и дизайн - Вячеслав Шориков 
Программирование - Андрей Лобанов 
Все права защищены